Косогова: СГК хотела бы равных условий с ГЭС в плате за водопользование

Спецтранс

Администратор
О том, что вода бесценна и между качеством воды и жизни существует прямая связь, известно всем. Но вода необходима не только человеку, промышленность также не может без нее существовать. О том, в чем состоит особенность водоснабжения тепловых электростанций, как должна определяться плата за водопользование и о выработке комплексной политики рациональной работы с этим природным ресурсом в Год экологии рассказала РИА Новости директор по тарифообразованию Сибирской генерирующей компании Екатерина Косогова.


— Теплоэнергетика – крупный водопотребитель. Где и в каких пропорциях используется вода на станции?

— Незначительное количество воды может использоваться и в других технических процессах на станции, но в сравнении с объемами воды в системах охлаждения речь идет о считанных процентах.

— В чем особенности водоснабжения тепловых электростанций?

— Используемые на станциях системы охлаждения оборудования бывают двух видов – прямоточные и оборотные. При прямоточной системе вода, забираемая из водоема, после охлаждения возвращается обратно. В оборотных системах тепло отводится за счет испарения воды, забранной из водного объекта, в градирнях.

ТЭЦ и ГРЭС с прямоточными системами охлаждения являются крупнейшими водопользователями среди всех тепловых станций, однако при этом до 90% воды возвращается обратно в водоем без изменения качества и химических свойств. В оборотных системах ежегодные объемы забора воды существенно ниже – из водоема берется только небольшое количество для восполнения потерь и поддержания общего объема воды в системе.

— О каких объемах водопотребления в целом идет речь?

— Если говорить о цифрах, то по группе СГК в 2016 году (а это 17 электростанций, из которых 3 ГРЭС и 3 ТЭЦ оборудованы прямоточными системами охлаждения) общий объем потребления составил 1,7 миллиарда кубометров, из них 1,6 миллиарда кубических метров приходится на станции с прямоточными системами охлаждения.

Для сравнения: если мы говорим о реке Енисей, то по данным 2015 года, годовой сток воды составил 686 миллиарда кубометров. То есть мы забираем менее 0,2%. И большую часть из этого возвращаем обратно.

— С 2015 года правительством установлено ежегодное увеличение платы за водопользование на 15% в течение 10 лет. Сколько компания платит за водопользование сейчас?

— Нас наказывают за прямоточность. В 2016 году объем платежей за водопользование по группе компаний превысил 600 миллионов рублей. Если темпы индексации, утвержденные постановлением правительства, останутся неизменными, в 2025 году платежи СГК за воду превысят 2 миллиарда рублей. Мы бы еще поняли, если бы эти деньги направлялись в экологические фонды рек Енисей и Обь. Но их не существует, эти деньги мы отдаем в бюджет, и они там растворяются.

— Каким образом компания может компенсировать расходы на оплату водопользования в дальнейшем?

— Никаким. Какие бы расходы у нас ни были, мы их не включаем в стоимость электроэнергии, потому что на оптовом рынке мы вынуждены конкурировать с ГЭС и другими станциями с оборотными системами и если повысим цену, то просто не будем работать.

В тепле возможности компании для компенсации растущих расходов на воду также фактически отсутствуют – тарифы на тепловую и электрическую энергию растут в последние годы не выше, чем на 4% в год, а регуляторы постоянно призывают ограничить индексацию величиной инфляции минус несколько процентов.

— Ускоренный рост ставок на водопользование и запрет на проектирование новых станций с прямоточными системами вынуждает генкомпании переходить на оборотные системы. Насколько обоснованы запретительные меры в отношении прямоточных систем?

— Политику правительства в том вопросе очень сложно оценить: с одной стороны государство запрещает проектирование прямоточных систем, а с другой – включает их в список наилучших доступных технологий. Кроме того, в отдельных случаях перейти на оборотные системы фактически невозможно — для наших Красноярских ТЭЦ, расположенных в центре городах – миллионниках, для перехода на оборотную систему нужно забрать огромные участки земли в центре города для строительства градирен, а их физически нет. Положительного экономического и экологического эффекта от замены прямоточных систем охлаждения на градирни на наш взгляд в Сибири нет.

— Насколько переход действующих станций на оборотные системы технологически и экономически оправдан?

— Прямоточные системы охлаждения используются на 6 станциях компании – на трех ТЭЦ и трех ГРЭС. Мы не в состоянии технически перевести станции на оборотные системы к 2025—2030 году. Во-первых, это потребует огромных финансовых вложений. Строительство одной градирни стоит до 1 миллиарда рублей, то есть минимальные затраты на переоборудование всех станций превысят 25 миллиардов рублей – это больше чем пакет инвестпроектов компании на модернизацию систем теплоснабжения и улучшение качества услуг для потребителей в регионах нашего присутствия. А это проекты с конкретными результатами и позитивными эффектом для потребителей. А от того, что мы переведем станции на оборотные системы, ничего кроме потраченных денег не изменится.

— Как, на ваш взгляд, должна определяться плата за водопользование прямоточных систем?

— Как потребитель и социально ответственный гражданин я готова платить, но при этом понимать, за что плачу. В год экологии мы внятной экологической политики так ни от кого и не увидели. Если мы будем понимать, какова цель государства и на что направляются собранные деньги, то мы, возможно, сократим свои благотворительные или природоохранные мероприятия, решив, что государство уже достаточно средств в это вкладывает.

Мы бы хотели получить равные условия работы с ГЭС (одинаковые ставки платы на единицу киловатт-часа), что позволит найти равновесную цену, при которой мы тоже будем конкурентноспособны. Это нас полностью бы устроило, потому что мы платим и за топливо, и за воду, тогда как гидроэлектростанции платят только за воду, которую потребляют в больших объемах.

Было бы справедливо рассчитывать плату только за тот объем, который был забран из водоема безвозвратно, тем более что станции оснащены всеми необходимыми техническими средствами – приборы учета установлены как на забор, так и на сброс воды.

— Сколько компания ежегодно расходует на целевое улучшение качества воды? Что оно из себя представляет?

— Совокупные годовые затраты станций СГК на реализацию планов природоохранных мероприятий превышают 500 миллионов рублей, в том числе непосредственно по охране водных объектов они превышают 100 миллионов рублей. Средства идут на проведение лабораторного и экоаналитического контроля воды, искусственное воспроизводство молоди рыб, поддержание в надлежащем состоянии территории водоохранной зоны и многое другое.

ИСТОЧНИК: РИА Новости

Источник
 
Верх